Эмбарго 2.0

Николай Арыков, генеральный директор "Саратовского молочного комбината":

Зарабатывать деньги в переработке молока до 100 тонн – это утопия. На мой взгляд, в такой ситуации люди рано или поздно потеряют свои деньги и будут должны банку. Может быть, люди это услышат и когда-нибудь поймут, что мой совет сэкономил им деньги и безопасность. Не одна переработка до 100 тонн в России не жизнеспособна.

Думаю, что сыроделы могут ощущать результаты введения эмбарго. У нас завод цельномолочный, больших результатов не видим, кроме того, что СОМ или масло стоят 300 и 180 рублей (цены были бы ниже, если бы была открыта Европа). Когда биржевые товары настолько дорогие, это ведет к тому, что сырое молоко мы покупаем по 23-25 рублей. Молоко стоит так дорого, что мы не можем дать акции сетям. Потребление падает. Мы в этом году с трудом повторяем результаты прошлого года. А покупательская способность низкая.

Глобально эмбарго помогло только сыроделам. С другой стороны, если ты неэффективен, то помочь ничего не может. Все равно самые эффективные предприятия будут выживать, а неэффективные уйдут с рынка.

Что касается ситуации на рынке по году. Год был достаточно тяжелый, потому что молочная продукция не может дорожать так как дорожают расходы в валюте – на упаковку, на запчасти и оборудование. Для производителей молока все хорошо – они получают хорошую рентабельность на животноводстве или растениеводстве. Это приятно, что у нас не только банкиры зарабатывают, но и аграрии. Будем надеяться, что они не купят на это новых лексусов, а вложатся в модернизацию хозяйства.