Куда податься молоку?

Виталий Шеремет, Руководитель практики по работе с компаниями сельскохозяйственного сектора в России и СНГ АО КПМГ:

DN: Как Вы оцениваете перспективы экспорта молочной продукции?
ВШ: Экспорт молочной продукции по итогам 2015 года составил примерно 250 млн долл.США, что незначительно по отношению ко всему агроэкспорту в сумме 19 млрд долл.США. Тем не менее, объем экспорта молочной продукции за последние 5 лет показывает среднегодовые темпы роста в 12.5%, что среди основных товарных групп сельхозпродукции уступает лишь мясной продукции (35% среднегодового роста за аналогичный период). Динамика рубля в последние годы значительно поддержала экспортный потенциал российской продукции и молочной продукции в частности. Несмотря на то, что основными рынками сбыта сегодня остаются страны СНГ, где российские бренды хорошо известны и обладают неплохой репутацией, мы видим в последнее время интерес производителей молочной продукции к дальнему зарубежью. Тестируется выход на рынок Азии, Китая в частности. Пока серьезных успехов нет, но есть понимание, что китайцы готовы платить премию за качественные продукты питания. В этом смысле показателен успех новозеландских производителей, которые умудрились убедить китайский рынок в премиальности своей продукции. Новая Зеландия, при всей скромности своих размеров, является крупнейшим экспортером молочной продукции в мире. Основным рынком для новозеландцев является Китай. Важной составляющей экспорта являются молочные смеси для детского питания и компоненты для таких смесей. Эта категория товаров позволяет реализовать самую высокую стоимость молока – по сути, биржевого товара. Брендирование продукции, поддержка репутации страны, как экологичного производителя, работа с конечным потребителем и формирование продукта под вкусовые предпочтения каждого рынка и каждой группы потребителей, отслеживание качества продукции от поля до прилавка – вот основные составляющие новозеландского успеха. В этом нет особого секрета, лишь долгосрочная стратегия развития отрасли отдельного государства. Успех новозеландцев показывает, что молочная отрасль может производить премиальные товары в больших объемах – рынок для этого есть. Географическая близость российского дальнего востока и существующие программы поддержки региональных проектов создают интересные предпосылки для развития молочного бизнеса ориентированного на китайский рынок.  В России производство молока пока остается низкомаржинальной историей.

DN: Какие продукты в молочном сегменте – первоочередные кандидаты на экспорт, на Ваш взгляд? Почему?
ВШ: Наибольший потенциал экспорта молочных продуктов у товаров с высокой добавленной стоимостью. Объясню логику. История с экспортом – недешевый эксперимент. Выход на внешний рынок, если не ориентироваться исключительно на ценовую конъюнктуру, а пытаться закрепиться надолго, предполагает серьезную работу по анализу предпочтений конечных потребителей, создание инновационных продуктов, инвестиции в безопасность производства и логистики и т.д. Такие инвестиции могут быть окуплены только если производители уйдут от комодитизации своих продуктов, т.е. уйдут от ценовой конкуренции в сторону диверсификации своей продукции. Для примера, процент переработки молока в Новой Зеландии превышает 97%, в то время как в России (если верить статистике) этот показатель находится на уровне 57-60% - один из самых низких показателей среди стран-производителей молока.

DN: Какие барьеры стоят на пути реализации экспортных поставок? Какая помощь необходима со стороны государства?
ВШ: Самым важным барьером сегодня, по-моему, является непривлекательность молочного производства в России. Низкая доходность отрасли обескровила даже относительно крупных игроков и не позволяет привлекать значительные средства под инвестиционные проекты. В этом отношении интересна инициатива министра Ткачева обеспечить сельхозпроизводителей финансированием под 5%, начиная с 2017 года. Если эта история реализуется, доходность отрасли повысится, что приведет к новым возможностям.
Еще одна проблема – низкая консолидация отрасли. Сегодняшние крупнейшие производители владеют дойным стадом примерно 20,000+ голов, в то время как крупнейшие заявленные проекты в отрасли от иностранных инвесторов TH True Milk и CP Foods рассчитаны на 40,000+ голов. Как и в любом низкомаржинальном бизнесе, размер имеет значение. Думаю, скоро мы увидим уход с рынка ряда производителей, в первую очередь не обладающих вертикальной интеграцией в корма и/или в производство молочной продукции, а также, не имеющих критического объема стада.
Помощь государства нужна в переводе молочного животноводства на промышленные рельсы. Нужны масштабные проекты. Если это удалось сделать со свиноводством и с птицеводством, удастся и с молочным животноводством. Главное разработать долгосрочную программу развития, вызывающую доверие инвесторов.

Альтернативой крупных проектов может стать кооперация малых и средних производителей. В этой части государство могло бы ускорить консолидацию отрасли путем кооперации, благо примеров успешной кооперации в мире очень много, и в Европе, и в Новой Зеландии, например. Консолидация управления, закупок, продаж, управления качеством помогли бы повысить доходность отрасли и дали бы возможность целой группе производителей задуматься об экспорте. Без такой поддержки экспорт молочной продукции со стороны малого и среднего бизнеса останется редким исключением.

DN: Конкурентоспособна ли отечественная продукция за рубежом, в условиях снижения покупательской способности внутри страны?
ВШ: Снижение покупательской способности внутри страны не оставляет шансов производителю молочной продукции игнорировать экспортные возможности. Сегодняшняя макроэкономическая конъюнктура создала ряд возможностей для российских производителей, в том числе производителей молока. При том, что экспорт молочной продукции до недавнего времени был экономически невыгоден, мне кажется, мы увидим в ближайшие годы значительный рост экспорта по этой категории товаров, как от внутренних производителей, так и со стороны заявленных инвестиционных проектов в молочное производство.