Мал золотник… И дорог

Вячеслав Телегин, председатель совета АККОР:

DN: Какую поддержку оказывает государство малому и среднему бизнесу? Достаточно ли этого для успешного развития?
В.Т.: Малый и средний бизнес имеет возможность получить все виды поддержки, которые на сегодняшний день предоставляет государство. В России существует около 20 различных видов поддержки. Мы отрицательно оцениваем доступность субсидий для с/х  малых форм. В частности, мы делали анализ по несвязанной поддержке. В прошлом году ее получили 15% всех действующих фермеров, это где-то 30 тыс. с небольшим хозяйств из 216 тыс.  В 2013 году таких было всего 14%.

Есть регионы, где картина значительно хуже. В Дагестане – из 16430 фермерских хозяйств погектарные субсидии получили всего 34 КФХ или 0,2 процента. В Бурятии – 0,5%, то есть один фермер. Даже в таких областях, как Московская и Ленинградская, этот показатель равен 1%.

Безусловно, это непорядок. Мы уже обратились в представительство Минсельхоза с просьбой изменить порядок выделения субсидий, убрать все многочисленные требования.

В то же время существует ряд специализированных мероприятий. Например, программы поддержки начинающих фермеров, семейных животноводческих ферм.

Проблема в том, что финансируются эти программы совершенно недостаточно. Заявки на этот год, поданные регионами на участие в этих программах, составляют по начинающим фермерам - 10 млрд. рублей, по семейным животноводческим фермам – 14 млрд. А финансирование программ на этот год установили в 3-4 раза меньше - соответственно 3,2 и 3,015 млрд рублей.
Это значит, что свой потенциал смогут реализовать менее трети соискателей.

В этом году появилась программа для поддержки кооперативов. Сумма небольшая: выделено ок.  400 млн. рублей по всей России. Мы считаем, что именно это направление необходимо развивать.

DN: Как обстоят дела с выделением кредитов, насколько высокий процент предлагают банки?
В.Т.: С кредитами дело обстоит плохо. В 2014 году по сравнению с прошлым годом кредитование крестьянских хозяйств по животноводству уменьшились на 36%, по растениеводству на 32%. В 1,7  раза за последние три года упал объем субсидируемых кредитов для фермеров.

Безусловно, это негативный фактор. Ситуация неблагоприятная. Понятно, что это вызвано недостатком ресурсов. Но принципиальная ошибка банков в том, что они отдают предпочтение крупным предприятиям, крупным холдингам.
Во-первых, более 62% всего российского продовольствия производится малыми и средними хозяйствами. Во-вторых, необходимо диверсифицировать рынки. Нельзя складывать яйца в одну корзину. Анализ просроченных задолженностей говорит о том, что 98% неуплат идет именно со стороны крупных производителей.

Доля КФХ в остатках ссудной задолженности в 2013 году составила: в животноводстве – по инвестиционным кредитам 0,8%, по краткосрочным – 0,4%, в растениеводстве, соответственно, - 4% и 1,5%. В 2014 году ситуация ухудшилась еще больше. Россельхозбанк снизил объемы кредитования фермеров на 32%, а Сбербанк – на 28%.

DN: Что, на Ваш взгляд, необходимо менять в политике государства относительно поддержки малого и среднего бизнеса? И необходимо ли?
В.Т.: Необходимо менять сами правила предоставления господдержки. Существуют такие сложности, что малому бизнесу проще от нее  отказаться. В некоторых регионах чтобы получить погектарную поддержку требуют предоставить 10 – 17 документов. Хотя власть может вполне спокойно получить их по межведомственному обмену: налоговая, ЕГРЮ, документы по земле.

В этом году Минсельхозом были установлены новые стандарты для среднего бизнеса. Проекты принимают к рассмотрению, когда у тебя 400 голов КРС и более, по оптово-распределительным центрам – если они рассчитаны не менее чем на 50 тыс.тонн продукции. Понятно, что для малого бизнеса эти цифры априори неприемлемы. У Минсельхоза неправильный подход. Необходимо менять показатели, учитывая интересы и возможности малых и средних хозяйств.

Есть и много других проблем  – с гарантийным обеспечением кредитов, с высокой процентной ставкой. В малом бизнесе, чем меньше денег ты берешь, тем дороже кредит получается. Если мы будем сравнивать с зарубежными коллегами, то у них кредиты выдаются со ставкой под 1,5 %– 2%, а у нас в десяток раз выше.

DN: Глава ВТБ на днях заявил о том, что больше всего невозврата кредитов в малом и среднем бизнесе, в связи с чем кредитовать его - не приоритетно. Как Вы оцениваете данное высказывание?
В.Т.: Подобные высказывания я оцениваю отрицательно. Сейчас общий объем задолженности по кредитам в АПК более 2 трлн. рублей. Из них удельный вес малых форм хозяйства составляет чуть больше 1%.

Конечно, и в этом секторе существуют невозвраты. Но накануне мы говорили, и сами банки подтверждали,  что малый бизнес возвращал кредиты достаточно хорошо.

С чем связаны отрицательные тенденции? Чаще всего  проблемная задолженность решается фермером в течение одного года. Но если год неблагоприятный по погодным условиям, то сделать это гораздо сложнее. В последнее время  усложнилась экономическая ситуация, мы переживаем инвестиционно-неблагоприятный период. Фермеры  говорят о том, что большой проблемой для них является сбыт продукции .

Но тем не менее, если 97% получателей кредитов в основном крупные производители, то и спрос должен быть с них.

DN: Как Вы оцениваете роль малого и среднего бизнеса в молочном животноводстве, сельском хозяйстве? Каковы его перспективы?
В.Т.: Естественно положительно. Например, за последние 5 лет поголовье коров у фермеров выросло практически в 2 раза, хотя в целом по с/х идет его системное сокращение.

Я уже говорил о программе семейных животноводческих ферм. В тех регионах, где ей придается приоритетный характер, акцент делается на создание современных, роботизированных ферм, их доля достигает 65%-70%. В связи с этим наблюдаются положительные тенденции: рост производительности и поголовья. Себестоимость наших продуктов в 1,5 раза меньше, чем на крупных комплексах, поэтому молочное животноводство в малом бизнесе будет развиваться. Именно поэтому фермеры недавно создали молочный клуб, чтобы изучать этот опыт, пропагандировать, выявлять проблемы и находить их решения.