Сыровар из Италии уже несколько лет живет в Тверской области и разработал свой рецепт выживания в кризис

Пьетро Мацца начал свой бизнес в разгар дефолта и до сих пор не унывает. В Россию отставной итальянский полицейский и потомственный сыродел Пьетро Мацца приехал вместе с молодой русской женой Жанной в 1998 году, в самый разгар кризиса. Приехал погостить, познакомить дочку с русскими бабушкой и дедушкой - да и остался насовсем. За десять лет в Италии не был ни разу. В октябре 1999 года Пьетро с женой купили здание разрушенного пищекомбината в Тверской области и стадо коров. Тогда многие ещё не верили в успех. А он сделал ставку на буренок и не прогадал.

Теперь его хозяйство – местная достопримечательность. 120 коров, более 100 свиней, 15 лошадей. Пьетро с женой изготавливают натуральные сыры по итальянской технологии.

Молоко местных черно-белых буренок как раз подошло для приготовления итальянских сыров. Моццарелла, качиотта, рикотта - всего 12 сортов сыра.

Секрет успеха четы Мацца в том, что продают они сыр без посредников, непосредственно туристам, да ещё устраивают экскурсии по ферме. С доходов от агротуризма и живут, оплачивают труд 15 работников.

На посредниках Пьетро Мацца обжегся на заре своего бизнеса. Уж больно много было проблем, когда он пытался работать с московскими ресторанами и пиццериями. Банки, поставщики – все это не для свежих сыров. Ведь они «живут» всего три дня, а потом теряют свои вкусовые качества.

И тогда сыровар решил работать по своей проверенной экономической схеме: только продавец и покупатель и никаких посредников.

- Кризиса мы пока не чувствуем, - замечает Жанна Мацца. - Мы и десять лет назад ничего не почувствовали. Земля была, коровы доились, мы работали. Люди к нам как ехали, так и едут. В кризис больше всего страдают производители, без товаров которых можно прожить. Можно не покупать новую машину, еще одну пару туфель, а вот без еды нельзя, но при любом кризисе люди будут стремиться есть все натуральное и качественное. Если мы и снизим обороты, то с голоду не умрем, это точно. У нас нет сбережений – все деньги «работают»: вложены в скот и корма.