Право на правду

Владимир Калгин, председатель совета директоров ЗАО «Племзавод «Октябрьский»:

Фальсификат – это плохо и недопустимо. Однако, правда – вопрос многогранный и непростой.

1.​ Совершенно справедливо говорится в статье «Право на правду» о неподготовленности лабораторий для выявления фальсификата. Можно доверять лабораториям ВНИМИ, ВНИИМС, возможно еще пара профессиональных найдется. А мы знаем правду о компетентности остальных?

2.​ У производителя есть механизм защиты от несправедливых или ошибочных обвинений в производстве фальсификата? Он может защитить свою правду и получить компенсацию за «словесный фальсификат»? Иначе борьба с фальсификатом может стать и методом нечестной конкурентной борьбы.

3.​ Нужно видеть сегодняшнюю правду – причина распространения фальсификата в снижении покупательской способности населения и стремлении государства и всех участников рынка пройти экономический кризис. Но кризис не навсегда.

4.​ А что дальше? Посмотрим на Европу и США. Там фальсификата нет. Но всю ли правду знает западный потребитель про продукты питания? Знает ли он, сколько гормонов и анаболиков использовалось при производстве мяса и молока (не слышал, что с этими «допингами» на Западе борются, что есть нормы их содержания в продуктах питания и методы контроля). Знает ли западный потребитель, сколько пестицидов и гербицидов с полей пришло с овощами и фруктами. А что разрушает организм сильнее – пальма или гормоны и яды?

5.​ Если уж говорить о правде, то нужно открыто признать, что без современного интенсивного сельского хозяйства, основанного на применении гормонов, анаболиков в животноводстве и ядов на полях производство продуктов питания снизится в два раза. А дальше что? Вторая половина населения планеты чем будет питаться? Что-то не видно желающих сказать эту правду и в западных странах.

6.​ Перспектива какая? Допустим, найдутся механизмы и фальсификат у нас будет побежден. Кому будет легче? Сколько покупателей способно оплатить действительно натуральную продукцию? Слышал дискуссию экспертов – от 2 до 5 процентов населения. Вот это похоже на правду. Но все ли хотят ее знать?