«От тактики привычных селекционных решений до экономической эффективности с новыми генетическими технологиями» - интервью с Романом Павленко, генеральным директором лабораторно-испытательного центра «Агроплем»

- Сегодня все чаще говорят о субсидиях государства на генетику. Как вы оцениваете этот тренд?

В мире все больше развиваются генетические технологии и с момента, как был расшифрован генетический код, и мы о нем узнали гораздо больше, геномные исследования стали основным драйвером роста и повышения эффективности сельхоз производства во всем мире. Не удивительно, что мы тоже идем в эту сторону, только так мы можем стать конкурентоспособными.

При этом начинать нужно с базовых вещей, а именно – упорядочивания работы с данными хозяйственно-полезных признаков и их систематизации. Это становится возможно, только когда в стране есть определенные компетенции и знания. И важную роль тут играет наличие аккредитации, как формализованное подтверждение этих компетенций.

Второй год подряд государство инвестирует в генетические технологии через субсидии, чтобы улучшить продуктивность скота. Но мы, как эксперты, наблюдаем этот процесс даже дольше — с 2022 года, когда была принята поправка в 336-й приказ.

Тогда лаборатории обязали навести порядок, уйти от архаичных данных. Главная цель была — сделать молочные и генетические данные достоверными, систематизированными. И самый правильный путь для этого — аккредитация.

Здесь мы поддерживаем законодательство. Чтобы заниматься геномной селекцией нужно начать со сбора и систематизации достоверных данных, а начинается все именно с таких административных подходов.

- Почему именно аккредитация, а не что-то другое?

Аккредитация – это ни что иное, как системный, комплексный подход к менеджменту качества всех процессов, официальное подтверждение технической компетентности и достоверности. В отличие от лицензирования или сертификации, аккредитация проверяет не только наличие документов, но и то, как именно лаборатория выполняет работу, насколько компетентны сотрудники и выстроен контроль качества.

Министерство сельского хозяйства, как регулятор, внесло очень правильные корректировки. Теперь во главе всего - управление точными, а не абстрактными данными. Мы эту инициативу полностью поддерживаем.

«Агроплем» первыми в России приняли эстафету и аккредитовали нашу лабораторию по услуге подтверждения происхождения и родства.

- Что именно дает генотипирование хозяйству?

Это дает представление о стаде не просто по внешнем признакам или описанию продуктивности, а на основании генома. Мы видим, какие признаки из поколения в поколение несут животные и какой потенциал могут передать потомству.

Это меняет подход к селекционным программам. Перед селекционером открывается массив точных данных, чтобы прогнозировать и строить программу по выведению более продуктивных и здоровых животных комплексно. Мы знаем, что высокая производительность молока не всегда является единственной целью. Чаще через генотипирование мы решаем задачи по улучшению здоровья, продуктивного долголетия.

Во главу угла, как правило, перед селекционером встает цель по выравниванию стада, ведь хуже всего неоднородное стадо, из которого, например, 1% - высокопродуктивных, 40% - со средними качествами и 50% животных, которые не гарантируют стабильного уровня хозяйственно-полезных признаков. С таким стадом сложно прогнозировать экономику. А экономика — это бизнес-модель, понимание окупаемости инвестиций на годы вперед.

Генотипирование повышает точность прогнозирования. Да, это не сиюминутный результат, за 3-5 лет селекционной работы можно получить однородное высокопродуктивное стадо с хорошими показателями здоровья. Это звучит как сказка, но это реальная цель.

- Учитывая, что российское поголовье — это в большинстве своем голштинизированный ассимилированный скот, насколько оправдано использование международных баз генотипов?

В разных странах наибольшее распространение получает та порода скота, которая наилучшим образом отвечает условиям содержания, кормления и экономическим задачам. Это абсолютно логично. Так в нашей культуре больше голштинизированного скота. Такой скот получил большое распространение во всем мире. Поэтому, вне зависимости от страны, данная порода несет в себе определенные породные признаки чистых материнских линий, как основа породы. И международная база данных тут выступает именно хранилищем этих признаков и часть этих данных релевантна для сравнения повсеместно.

Другие данные, такие, например, как: здоровье, производительность, устойчивость к стрессу, действительно могут быть изменчивы в локальных условиях содержания и такие данные, в какой-то мере, релевантны глобальным, но лучше всего накапливать собственную базу данных и актуализировать ее. Чем мы и занимаем в «Агроплем».

Задача нас, как производственников и генетиков – выстроить сбор и систематизацию данных, научиться работать с геномом и собирать данные по всем хозяйственно-полезным признакам скота в России и повысить достоверность. И это облегчит труд всех селекционеров и значительно повысит эффективность селекционных программ.

- Как вы оцениваете стратегию Минсельхоза в этом направлении?

На наш взгляд, Министерство сельского хозяйства сделало очень правильный стратегический выбор. Они инвестируют в инфраструктуру, дают гранты на создание генетических лабораторий, субсидируют хозяйства, поддерживают селекционные программы. Ставка сделана на новую технологию.

Вторая часть — управление данными. Нам нужна экосистема чистых, достоверных цифр. Здесь государство инвестировало в крупный проект — ФГИАС. Все сообщество с нетерпением ждет полноценного запуска, потому что единая национальная система точных данных — это ключ к прогнозированию продуктивности поголовья сейчас и в будущем.

Мы, как одни из лидеров работы с геномной селекцией, очень позитивно оцениваем стратегию Министерства сельского хозяйства. Мы видим, что внедрение всей системы идет с определёнными сложностями, как и любой большой проект, но подход правильный и мы его разделяем.

- Однако насколько переход к новым стандартам повлиял на сферу лабораторных исследований? Все ли прошло гладко и какая сегодня ситуация с лабораторными данными?

На момент изменений в 2021-2022 годах аккредитованных лабораторий в отрасли почти не было. Когда государство предъявило требование соответствовать ГОСТ-17025, многие лаборатории просто прекратили существование. Причины разные: недостаток квалификации, инвестиций. Мы видели на рынке тех, кто просто выдавал «справки» и недобросовестные протоколы.

Сейчас ситуация улучшилась. Лабораторий стало меньше, но качество и достоверность данных выросли. Однако возникла другая проблема: колоссальная нагрузка на тех, кто смог соответствовать требованиям. Рынку потребуется еще несколько лет, чтобы дооснастить существующие лаборатории и увеличить производственные мощности.

Минсельхоз это поддерживает — и ВУЗы, и технопарки получают гранты на развитие инфраструктуры. Думаю, через 5 лет мы увидим новых компетентных игроков. Но в моменте это создало определенные сложности, связанные с большим потоком исследований за очень короткий период.

- Ваш лабораторный центр «Агроплем» в этой ситуации оказался в центре увеличения запросов на исследования. Как вы справились?

Когда вступили в силу требования по внесению данных во ФГИАС, запрос на услуги генетических лабораторий резко вырос. «Агроплем», как первая аккредитованная компания и значимый участник рынка, получил огромное количество заказов. Срок выдачи протоколов вырос до двух месяцев, что для нас неприемлемо, ведь производственный цикл требует быстрых решений по выбраковке и продаже. Все участники отрасли молочного производства оказались перед сложной задачей – получить данные в срок. И тут важно отметить, что те хозяйства, у которых выстроен селекционный процесс, гораздо меньше ощутили влияние этого фактора, они своевременно спланировали проведение генетических исследований.

Мы, в свою очередь, отнеслись к решению этой проблемы системно. Более 150 миллионов рублей было направлено на увеличение мощностей лаборатории. Мы работали с большим потоком исследований и параллельно расширялись. Весь процесс занял около года и нам удалось поднять производительность в три раза.

- В итоге какие результаты этих внутренних улучшений в компании?

Грамотно и своевременно предпринятые действия сегодня позволяют нам исследовать до 40 тысяч образцов в месяц и мы можем с гордостью и радостью анонсировать: «Агроплем» вернулся в стандартные сроки выдачи протоколов — от 15 до 21 рабочих дней с общей способностью до 500 тысяч исследований в год.Это одни из самых быстрых сроков на рынке на сегодняшний день.

- Как вам удается управляете сроками выдачи протоколов в пиковые сезоны?

Я бы разделил этот вопрос на несколько частей. Есть методология, которая предусматривает этапы выделения ДНК, сопоставления микросателлитов и так далее. Эти цифры нельзя ускорить — это технология. Это всё равно, что пытаться вырастить дерево за месяц, если оно растёт год. Есть биологически обусловленные процессы, и мы их опередить не можем.

В этом смысле 15 рабочих дней — это минимальный срок, при котором мы можем сформировать данные и заключение, сохраняя достоверность. Это очень важно. Если я слышу, что кто-то выдаёт результаты за 7 дней или, не дай бог, за 2 дня — давайте даже не будем обсуждать эти случаи, это невозможно.

При этом многое зависит и от клиента. Если у него хорошо выстроена родословная, если он своевременно и корректно предоставляет исходные данные, подтверждение занимает 15 дней.

Вторая ключевая составляющая сроков выдачи протоколов – это биоинформатика: сопоставление данных, подбор предков, сравнение генотипов. Здесь «Агроплем» значительно опережает многие лаборатории на рынке потому, что аналитиками и биоинформатиками в штате нашей компании была разработана и внедрена биоаналитическая автоматизированная платформа.

- Эти методики по подтверждению родства актуальны только для КРС или вы работаете и с другими видами животных?

Мы пошли дальше. Существующую методику мы доработали и расширили на другие виды. Сегодня мы предлагаем услуги по подтверждению родства не только для молочного и мясного КРС, но и для свиней, лошадей, птиц и других видов животных. Сейчас активно работаем над методиками для мелкого рогатого скота. В ближайшие несколько месяцев планируем валидировать и запустить методику для коз, овец, а также в перспективе, рыб.

Все эти задачи мы будем решать гораздо оперативнее. Стратегически сыграло тут большую роль внедрение зарубежных технологий и дооснащение лаборатории молекулярно-генетической экспертизы современным оборудованием — американским, российским, китайским. Всё это уже работает.

Этот вызов с рынка мы приняли, адаптировались, перестроились. И сейчас мы снова готовы работать согласно нашим принципам — с высоким качеством и высокой эффективностью для клиентов.

- Говоря об исследованиях по подтверждению родства, вы отметили внедрение зарубежных технологий. Есть ли у вашей лаборатории планы по внедрению аналогичных технологий в геномной селекции?

«Агроплем» занимался тестированием нескольких типов генотипирования и секвенирования животных более полутора лет. Последние 8 месяцев у нас на тестировании находилась технология детекции нуклеиновых кислот китайской компании Lasso.

Но поскольку принципиальным для нас является вопрос преемственности и адаптирования данной технологии под наши задачи, мы подошли к вопросу очень внимательно. Наши специалисты – зоотехники, технологи и биоинформатики ездили на стажировку в Китай на 2 месяца, плотно поработали с производителем, составили техническое задание. В итоге для «Агроплем» был разработан кастомизированный чип.

И сейчас мы рады сообщить, что на территории Российской Федерации в стенах лабораторного центра «Агроплем» построена лаборатория генотипирования. Теперь геномную оценку животных мы можем делать локально. Всё, что нам не хватает для продукта, равного по качеству CDCB — это большего количества достоверных данных о животных, над чем мы сейчас активно и работаем.

- Что нужно, чтобы получить достаточное количество данных для отечественной геномной оценки?

Часть данных о продуктивности и здоровье мы получаем из собственной лаборатории селекционного контроля качества молока. Часть — от клиентов из их систем управления стадом. Также мы сотрудничаем с различными организациями, работающими в области сбора хозяйственно-полезных данных о животных.

Безусловно, когда полноценно заработает ФГИАС, строить геномную оценку и прогнозы по продуктивности, долголетию и здоровью станет гораздо проще. Однако, ведущие специалисты отрасли, и мы в их числе, несколько скептически оцениваем заявленные сейчас сроки реализации данного проекта. Полноценной работы системы стоит ждать не ранее чем через 2–3 года. И дело не только в запуске, но и в накоплении, фильтрации и отладке механизмов обработки данных. На собственном опыте мы понимаем, что ошибки могут возникать на любом этапе — сбора, обработки, передачи. Думаю, национальной системе потребуется от 2 до 3 лет, чтобы выстроить все процессы до уровня стандартной работы. Поэтому «Агроплем» продолжает собирать данные привычным нам путем, которым мы идем уже 8 лет.

- А что насчёт IT-компетенции в «Агроплем»? Как вы решаете эту задачу с обработкой большого массива данных? 

В текущей реальности, работа с генетическими данными, а это миллионы цифр, без цифровой экосистемы не возможна. И поэтому мы разработали свой собственный софт. И уже более 5 лет его модернизируем и развиваем. На этом программном обеспечении работают все наши лаборатории. На его базе был запущен и Личный кабинет клиента. Теперь все наши заказчики могут самостоятельно сформировать заявку, направить данные, получить протоколы и увидеть статистику по своему стаду в личном кабинете. Это часть современных сервисов, которые мы предоставляем.

«Под капотом» этого большого сервиса находится множество программных модулей, которые взаимодействуют между собой. В совокупности эта система очень близка уже к технологиям Искусственного Интеллекта (ИИ). Думаю, что не более чем через полтора-два года у нас появится полный аналог собственного Искусственного Интеллекта. Это позволяет уже сейчас нашим аналитикам быстро и качественно работать с любой информацией и выдавать отличные продукты — аналитические отчёты, предиктивные модели, протоколы испытаний.

Невозможно справиться с огромным потоком проб только за счёт увеличения числа секвенаторов и сотрудников. Всё должно быть управляемо через единую автоматизированную систему, которая фиксирует и контролирует все этапы производства. Это позволяет быстро находить источник ошибки, устранять её, сообщать о ней, обрабатывать и верифицировать данные. Эта система сегодня позволяет нам быть на высоком уровне технологической вооруженности.

- Сколько данных уже обработано в вашей системе?

Мы выстраиваем родословные до 20–30 поколений животных в одном хозяйстве. Уже собрано несколько миллионов записей и несколько сотен тысяч животных с их родословными — от 2–3 до 20–30 поколений. В этом и следующем году мы сможем предоставлять новую услугу — прогноз продуктивности животного, геномные оценки стада, рейтинги животных. Также мы планируем работу с селекционными программами и проектами в КРС и свиноводстве. Уже сейчас ведём эту работу, но как готовый массовый продукт она будет доступна позже.

- Резюмируя: каким вы видите будущее геномных технологий в России?

Я уверен, что нас ждёт серьёзный прогресс в работе с поголовьем, рост качества селекционных программ и, самое главное, улучшение экономики молочных предприятий. Государство выбрало правильную стратегию, инвестируя в технологии и инфраструктуру. Да, были сложности — дефицит лабораторий и недостаточность мощностей. Но отрасль адаптируется.

«Агроплем» со своей стороны сделал всё, чтобы быть готовым к этим вызовам: мы увеличили мощности в три раза, запустили собственную геномную лабораторию, расширили видовой спектр услуг, разработали цифровую экосистему. Мы уверены, что совместными усилиями — государства, бизнеса и науки — мы сможем построить эффективное, конкурентоспособное молочное животноводство, основанное на точных генетических данных.

Реклама, АО "АГРОПЛЕМ",erid:2W5zFGkktY9